Navigation

Швейцария и Китай: они, если честно, не пара?

Пекин и Берн получают огромные выгоды от взаимной торговли, но найти общий язык им удавалось не всегда. Keystone / How Hwee Young

Швейцария и Китай поддерживают двусторонние отношения начиная с 1950 года. Однако отношения между демократическим малым государством и коммунистической сверхдержавой почти всегда складывались очень сложно. И скорее всего они станут еще более сложными, особенно на фоне глобального ужесточения межгосударственных отношений, требующего от Швейцарии занять четкую позицию.

Этот контент был опубликован 21 апреля 2022 года - 07:00
Эвелин Рутц (Eveline Rutz), журнал Schweizer Revue

Китай отреагировал незамедлительно. Посол Китая в Берне Ван Шитинг (Wang Shiting) заявил в марте 2021 года, что Швейцария не должна вмешиваться во внутренние дела его страны. Далее он говорил даже о «необоснованных обвинениях» и «фейках». Что произошло? За несколько дней до этого министр иностранных дел Иньяцио Кассис представил будущую стратегию Федерального совета (кабмина Швейцарии) по Китаю, затронув ситуацию с правами человека и политику китайского режима в отношении нацменьшинств (уйгуры).

Швейцарский политик выбрал для своей китайской доктрины непривычно однозначные слова, указав на господство в Китае «все более авторитарных тенденций». В ответ Ван Шитинг публично раскритиковал некоторых швейцарцев за «участие в идеологическом противостоянии, что не способствует позитивному развитию отношений».

Раннее сближение

Контакты между Швейцарией и Китаем имеют давние традиции, их история сложна и запутана. Швейцария была одной из первых западных стран, признавших маоистскую Народную Республику в 1950 году. С 1980-х годов она поддерживает с Пекином широкий двусторонний торгово-промышленный обмен. На протяжении последних добрых 30 лет Швейцария также поддерживает проекты, способствующие трансферу в Китай западных знаний и технологий. Сегодня к ним относятся также проекты в сфере помощи развитию, которые призваны помочь Китаю, в частности, противодействовать негативным последствиям изменения климата.

Наконец, с 1991 года между двумя странами ведется так называемый диалог по правам человека. Этот формат предусматривает ежегодное обсуждение министрами иностранных дел обеих стран ситуации с правами человека в Китае. Однако начиная с 2019 года этот диалог не ведется, поскольку официальная Швейцария формально разделяет международную критику в адрес политики Пекина по отношению уйгурам в провинции Синьцзян.

Один из самых важных экспортных рынков

Экономические отношения всегда имели особое значение для отношений двух стран. Показательным примером такого экономического сближения является известный производитель лифтов и эскалаторов Schindler из Люцерна: в 1980 году концерн Schindler стал первой западной промышленной компанией, создавшей совместное предприятие с китайцами. Сегодня Schindler присутствует в Китае в формате шести производственных площадок, он извлекает огромную выгоду из строительного бума в китайских мегаполисах и участвует в возведении в стране многочисленных престижных объектов.

Осенняя промышленная ярмарка Comptoir Suisse 1975 года в Лозанне была вся посвящена китайско-швейцарским отношениям. «Да здравствует дружба между китайским и швейцарским народами». В центре фотографии будущий федеральный советник (министр) Жан-Паскаль Деламюра, справа от него: министр Китая по делам торговли и промышленности Ченг Чи Чиан. Keystone / Alain Gassmann

В настоящее время Китай является третьим по значимости экспортным рынком для Швейцарии, уступая только соседней Германии и США. Швейцария — первая страна континентальной Западной Европы, подписавшая с азиатской сверхдержавой соглашение о свободной торговле. Документ, вступивший в силу в 2014 году, дает Швейцарии заметные конкурентные преимущества, ее компании получают более легкий доступ на рынок, свою продукцию они экспортируют беспошлинно или по сниженным таможенным тарифам.

Почему Швейцария выгодна Китаю

Обе стороны гордятся новаторским характером своих двусторонних контактов. Официальная Швейцария видит себя в роли «строителя мостов». Она полагается на «конструктивно-критический диалог» и осторожно относится к публичной критике или санкциям. Берн хочет инициировать в стране какие-то улучшения, работая вместе с Китаем, а не против него. Для китайского же руководства такое многообразное сотрудничество представляет собой важный политический ресурс: оно рассматривает это нейтральное малое государство в качестве своего «окна в Европу». 

Две страны регулярно проводят консультации на высшем политическом уровне. Однако диалог этот развивается не без разногласий. Многие швейцарцы еще хорошо помнят визит Цзян Цзэминя в Конфедерацию в 1999 году. Тот факт, что тибетцы в это время проводили демонстрацию в центре Берна — осуществляя свое демократическое право собираться мирно и без оружия — возмутил главу китайского государства. Он заставил членов швейцарского правительства ждать, появившись на рандеву с ними с опозданием, а затем вообще прервал официальный прием. Когда тогдашняя президент Конфедерации Рут Дрейфус позже подняла вопрос о правах человека в Китае, ситуация обострилась еще сильнее, в итоге китайский гость и произнес сакраментальную фразу: «Вы потеряли хорошего друга».

Режим контролирует формирование своего международного имиджа

Однако такое раздражение можно было наблюдать не только на политической арене. И не только с китайской стороны. Активная политика Пекина по скупке в Швейцарии компаний и недвижимости, включая даже китайские инвестиции в швейцарский футбол, вызывают у руководства Швейцарии также заметное беспокойство. При этом китайская коммунистическая партия (КПК) как никакая другая властная структура в мире пытается жестко контролировать то, как Китай воспринимают за рубежом.

В тот момент отношения были еще безоблачными: Председатель КНР Цзян Цзэминь и президент Швейцарии Рут Дрейфус 25 марта 1999 года в аэропорту Женевы. Keystone / Str

В Швейцарии эмиссары Пекина систематически и с большими затратами отслеживают то, как Китайская Народная Республика обсуждается внутри швейцарской китайской диаспоры, как ее воспринимают в высших учебных заведениях, в деловых кругах, но также и на культурной сцене, мол, нет ли тут какой «китаефобии». Представители официального Китая принимают активно участие в общественных мероприятиях. В университете Цюриха они вызвали переполох на одном из мероприятий, когда представители Китая начали откровенно фотографировать аудиторию, откуда донеслись неуместные, на их взгляд, вопросы.

Посольство Китая в Берне активно вмешалось, в частности, в ситуацию, когда студенты Цюрихской высшей школы прикладных искусств (Zürcher Hochschule der Künste) сняли видеофильм о протестах в Гонконге. В 2021 году в заголовки газет попал случай со швейцарским докторантом в университете Санкт-Галлена (HSG). Он раскритиковал китайское правительство в своем Твиттере, после чего его научный руководитель разорвал с ним всякие отношения.

Докторант тщетно пытался заставить Университет снова зачислить его в список учащихся после своего возвращения с практики в одном из китайских университетов. В итоге конфликт закончился тем, что этот аспирант — после трех лет научно-исследовательской работы — был вынужден сменить профессию. Университет HSG, поддерживающий активные контакты с университетами Китая посредством программ академического обмена, объявил недавно, что сделает выводы из этого скандала и будет противодействовать неподконтрольному трансферу знаний в Китай и самоцензуре.

Четкая система

Ральф Вебер (Ralph Weber), профессор Института Европы (Europainstitut) при Базельском университете, рассматривает все эти инциденты в более широком контексте. Он говорит о структурной проблеме, которая затрагивает многие университеты в Европе. «С проблемой самоцензуры сталкиваются все ученые и исследователи, так или иначе контактирующие с авторитарными режимами». 

Политика Китая, говорит он, всё чаще бросает вызов не только образовательным учреждениям, но и бизнес-компаниям и политическим деятелям. Ральф Вебер изучает, как китайское правительство оказывает влияние на общество и бизнес в Швейцарии. «Во всех этих усилиях есть четкая система», — говорит Р. Вебер. В распоряжении Китая находится цела сеть ассоциаций и организаций, в структуре которых сложно разобраться, но которые активно связаны с местным гражданским обществом. 

Но потом ситуация обострилась: Цзян Цзэминь огорошил президента Конфедерации Рут Дрейфус заявлением, что, мол, она «не контролирует свой народ», в ответ Р. Дрейфус твердо парировала, что Швейцария устроена иначе и предложила обсудить ситуацию с правами человека в Китае. Keystone / Str Team

«Посредством этих инструментов Пекин буквально пытается вбить в наши головы свои доктрины». Любой, кто занимается бизнесом в Китае, вынужден иметь дело с коммунистической партией и ее структурами. Насколько далеко приходится идти, чтобы приспособиться к таким условиям, показал сюжет, имевший место в прошлом 2021 году, когда швейцарский банк Credit Suisse закрыл у себя счёт китайского диссидента Ай Вэйвэя. Банк обосновал этот шаг «отсутствием требуемых документов». Критики утверждают, однако, что Credit Suisse просто хочет укрепить свои позиции на китайском рынке, а потому он не хочет ссориться с китайскими властями.

Несбывшиеся надежды

Двусторонний обмен Берна с Поднебесной всегда был актом сложного балансирования между выгодами и принципами. Левые партии и организации гражданского общества в Швейцарии отказываются, как официально выражается правительство Швейцарии, «сотрудничать с режимом, угнетающим национальные меньшинства». Эти структуры неуклонно и упорно осуждают действия китайского государства против диссидентов, тибетцев, уйгуров и граждан Гонконга. В последнее время, однако, эта критика и призывы к более жесткой позиции в отношении Китая стали звучать в Швейцарии гораздо громче. 

Количество соответствующих депутатских ходатайств и инициатив в швейцарском парламенте соответствующим образом увеличилось. Осенью 2021 года парламент, в частности, обсуждал, не следует ли добавить в Соглашение о свободной торговле с Пекином главу о правах человека и социальных правах. «Надежды на то, что в ходе экономического открытия произойдет прогресс и в области демократии и прав человека, к сожалению, не оправдались», — указал в связи с этим депутат от партии «Зеленых либералов» (GLP) Роланд Фишер (Roland Fischer, от кантона Люцерн).

Диалог по правам человека и в самом деле не дал особого результата. Федеральный советник (министр экономики) Ги Пармелен отметил недавно, что «требовать таких обязательных оговорок было бы контрпродуктивно. Мы поставили бы себя в ситуацию блокады, захлопнув перед Китаем двери и прервав диалог по всем этим важным вопросам».

Прагматика — или оппортунизм?

Швейцария, согласно новой стратегии Федерального совета, намерена «наводить мосты, использовать все имеющие возможности и решать проблемы открыто». Тем самым правительство намерено придать столь разнообразным отношениям с Китаем «понятные рамки». Берн будет продолжать проводить независимую политику в отношении Китая, подчеркивая «свою нейтральную позицию». В то же время он будет работать над тем, чтобы интегрировать Китай в «либеральный международный порядок». 

Но вот незадача: по словам Ральфа Вебера «в этой части стратегия весьма двойственна. Не ясно, как все это может быть реализовано конкретно. Швейцария носится с этой проблематикой как с писаной торбой уже несколько десятилетий, с тех пор, как она решила — по совершенно понятным причинам — и торговать с авторитарным режимом и при этом еще желая оставаться верной своим принципам и ценностям. Швейцария идет тут по прагматичному пути, который вполне можно рассматривать и как образец чистого оппортунизма».

Швейцарский путь и критика в его адрес

И в самом деле, Швейцарии становится все труднее формулировать и оправдывать свою «нейтральную позицию» в отношениях с Китаем. Борьба Пекина за глобальное влияние вызывает по всему миру реакцию отторжения. При Д. Трампе США спровоцировали торговую войну с Китаем. Администрация Джо Байдена придерживается более умеренной позиции, но в целом она придерживается столь же четкого курса на сдерживание Китая. В ноябре 2021 года (еще до войны в Украине, которая стала стержневым событием мировых политики и истории 21 века, — прим. Ред. рус.) он предостерёг лидера Китая Си Цзиньпина от курса на конфронтацию. 

Экономическая конкуренция не должна перерастать в конфликт, заявил тогда президент США на виртуальной встрече с китайским лидером. «Все страны должны играть по одним и тем же правилам». В 2021 года году ЕС ввел санкции в отношении китайских официальных лиц в связи «с произвольными задержаниями уйгуров в Синьцзяне». Пекин немедленно отреагировал зеркальными мерами против европейских парламентариев и ученых. Режим в Пекине также реагировал жестко всякий раз, как в его адрес звучала критика, связанная с китайским антипандемическим менеджментом. Например, Пекин ограничил торговлю с Австралией после того, как Канберра поддержала требования внимательно расследовать происхождение пандемии и истоки коронавируса. 

«В глобальном масштабе Китай, по крайней мере, с момента начала пандемии, все активнее пытается проводить политику по принципу разделяй и властвуй», — отмечает швейцарская разведывательная служба в своем отчете в 2020 году. По мнению швейцарских экспертов, международный имидж Китая значительно пострадал. В своем аналитическом докладе швейцарская разведывательная служба также затрагивает опасность кибератак и шпионской деятельности Китая. Последние представляют «значительную угрозу для Швейцарии». Ясно одно: принципы нейтралитета в отношениях с Китаем достигли предела своих возможностей.

Дипломатический бойкот Олимпиады 

Позиция Швейцарии в отношениях с Китаем снова стала предметом обсуждения перед зимними Олимпийскими играми, когда США, Канада, Великобритания и Австралия приняли решение о дипломатическом бойкоте, а некоторые европейские страны последовали их примеру. «Нельзя аплодировать спортивным соревнованиям, не задумываясь о положении с правами человека в Китае». Такова позиция депутата-социалиста от кантона Цюрих Фабиана Молины (Fabian Molina).

«Сейчас не время заниматься празднествами в стране, где постоянно совершаются преступления против человечности». Вместо этого, указал он, Конфедерация должна послать «сильный сигнал и воздержаться от отправки в Пекин официальной делегации». Кристоф Видмер (Christoph Wiedmer), исполнительный директор швейцарского Общества угрожаемых народов (Gesellschaft für bedrohte Völker), также высказывался в пользу бойкота. По его словам, для того чтобы «добиться улучшения (положения с правами человека), Швейцарии необходимо занять решительную позицию».

«Нарушения прав человека в Тибете и Восточном Туркестане достигли шокирующих масштабов. Летние Олимпийские игры 2008 года уже показали: без явного международного давления Китайская Народная Республика не прекратит притеснять свои нацменьшинства». Федеральный совет отреагировал на эти требования сначала нерешительно, но потом он решил, что, если представитель правительства Швейцарии посетит церемонию открытия Олимпийских игр в Пекине, то это не будет неуместным жестом».

Потом, сославшись на пандемию, он отменил поездку представителей кабинета в Пекин. Пресс-секретарь правительства сказал, что если ситуация с пандемией в Швейцарии заставить всех федеральных советников (министров) остаться в Швейцарии, то эта поездка будет отменена. Затем, в конце января, кабмин Швейцарии решил все-таки держаться подальше от Игр.

В соответствии со стандартами JTI

В соответствии со стандартами JTI

Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch

Комментарии к этой статье были отключены. Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!

Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу russian@swissinfo.ch.

Поделиться этой историей

Изменить пароль

Вы действительно хотите удалить Ваш аккаунт?