Navigation

Как 9/11 изменил правовые основы управления Интернетом

Протестующие в Вашингтоне, округ Колумбия, выражают свою позицию после того, как стало известно, что Агентство национальной безопасности (АНБ) шпионило за гражданами и международными лидерами по всему миру: 26 октября 2013 года. Keystone / Jim Lo Scalzo

Интернет: сначала символ свободы, сегодня это сплошные прослушки, слежки, истеричные кампании активистов, хакерство и гибридные войны. 

Этот контент был опубликован 09 сентября 2021 года - 10:20
Дориан Буркхальтер (Dorian Burkhalter, версия на англ. языке)

Перевод с английского и подготовка: Игорь Петров. 

Возникновение настоящей индустрии шпионажа и слежки в Интернете, последовавшее постепенно в период после террористических атак 11 сентября, изменило наше представление о сети: будучи сначала воплощением надежд на новою свободу слова, она превратилась в источник обоснованных опасений относительно сохранности наших данных и неприкосновенности частной жизни. Прослушки, слежки, истеричные кампании активистов, хакерство и гибридные войны: что пошло не так? Эксперты из Женевы представляют свою версию толкования событий и предлагают свой вариант решения этих проблем.

После террористических атак 11 сентября Конгресс США принял так называемый Патриотический акт — законопроект, предоставляющий правоохранительным органам более широкие полномочия в области, в частности ведения слежки за гражданами США. Через несколько недель документ был подписан президентом Джорджем Бушем-мл. и вступил в силу. Появление Патриотического акта совпало с зарождением Интернета как действительно массового средства коммуникации и зарабатывания на этой коммуникации денег. 

В то время доступ к Всемирной паутине имели менее 9% населения планеты. Сегодня эта цифра возросла почти до двух третей. В 2001 году нормативный базис управления интернетом — технические нормы и правила, стандарты, лежащие в основе функционирования повсеместно протянутой паутины, политические параметры, определяющая порядок его использования — еще напоминал строительную площадку, где даже еще не вырыли котлован. После терактов очень быстро эта площадка оказалась буквально забитой строительной техникой

«Мы мечтали о новых возможностях»

Женева уже тогда, на заре туманной интернет-юности, старалась позиционировать себя как «центр выработки мультилатеральных стандартов управления интернетом». В 2003 году здесь проходил первый этап Всемирного саммита по информационным технологиям (World Summit on Information Technology WSIS). Конференция была организована Организацией Объединенных Наций (ООН) и Международным союзом электросвязи (International Telecommunication Union ITU / МСЭ). Это был первый международный саммит, в центре которого стояли вопросы управления Интернетом. 

После второго раунда WSIS в 2005 году был создан «Форум по управлению интернетом» (Internet Governance Forum / IGF), секретариат которого тоже располагался в Женеве. Этот уже ежегодный форум позволяет решать актуальные вопросы регулирования интернета на многосторонней основе, но принимать юридически обязательные нормативные решения он не в праве. «Непосредственным толчком ко всем этим процессам конечно 11 сентября не было. Мы не обсуждали эти теракты, но они создали новый нарратив», — говорит Йован Курбалия (Jovan Kurbalija), глава Женевской интернет-платформы (Geneva Internet Platform / GIP), созданной по инициативе правительства Швейцарии. 

В качестве члена Рабочей группы ООН по управлению Интернетом (UN working Group on Internet Governance / WGIG) Йован Курбалия был вовлечен во все эти процессы уже на раннем этапе. В 2004–2005 годах перед WGIG стояла задача разработать собственно определение того, что есть «управление интернетом» и заложить тем самым основу для консультаций в рамках второго раунда WSIS. «В 90-е годы, после окончания холодной войны, мы все считали, что нет нам теперь преград, ни в море, ни на суше, и только небо — это предел. Мы мечтали о новых возможностях для демократии, экономики, при этом цифровая революция должна была стать инструментом (расширения демократии и экономического процветания для всех)», — говорит Й. Курбалия. 

«Негативные аспекты интернета? Нет, не слышали! Дискуссий или размышлений на тему конфиденциальности данных и о новых возможностях в плане организации в сети прослушки и слежки почти не было, хотя бы потому, что основные современные гигантские интернет-компании были в то время еще младенцами или даже вовсе еще не были основаны», — соглашается Майкл Кенде (Michael Kende), приглашенный доцент авторитетного женевского Graduate Institute и эксперт в области проблем правовых основ управления интернетом.

Вопросы конфиденциальности

Постепенно развитие инструментов слежки в Интернете с целью предотвращения будущих террористических атак начало непосредственно влиять на саму суть Интернета как явления и как технологии. «Слежка легко стала частью экономики и общества», — утверждает Й. Курбалия. В 2013 году бывший сотрудник ЦРУ и Агентства национальной безопасности (АНБ) США Эдвард Сноуден передал прессе секретную информацию, касающуюся тотальной слежки американских спецслужб за информационными коммуникациями по всему миру при помощи существующих сетей связи. Документы, которые незаконно похитил Сноуден, показали, что АНБ вместе с британскими, австралийскими и канадскими спецслужбами регулярно следили за миллионами граждан по всему миру, а также за иностранными политическими лидерами.

«Доверие к Интернету действительно стало подвергаться эрозии, люди начали понимать, к какой информации они получают доступ и какую информацию интернет-компании передают правительствам», — объясняет Майкл Кенде. Все эти разоблачения оказали значительное влияние на такие интернет-компании, как Google, Facebook и Microsoft, которые инвестировали значительные средства в совершенствование методов шифрования, начав хранить свои данные в Европе. На консультации в области основ «управления Интернетом» все это также оказало прямое влияние, коль скоро теперь вопросы обеспечения конфиденциальности личных данных и кибербезопасности приобрели критически важный характер. Для регулирующих и надзорных органов «этот момент стал тревожным звонком», — говорит Й. Курбалия. 

Поэтому в 2016 году Евросоюз принял Общий регламент защиты персональных данных (General Data Protection Regulation GDPR). Этот документ предоставил частным лицам значительно большую степень контроля над их личными данными в Интернете. За ним последовали другие аналогичные законы. Китай, например, недавно принял новый закон о конфиденциальности данных, который в целом имеет даже некоторое сходство с GDPR. Повышенное внимание к конфиденциальности данных также оказало влияние на ход Женевских дискуссий по вопросам прав человека. В 2015 году Совет по правам человека (СПЧ) ООН учредил должность специального докладчика по вопросам обеспечения права на неприкосновенность частной жизни в цифровую эпоху (special rapporteur mandate on the right to privacy). С тех пор СПЧ регулярно принимает резолюции на эту тему. Они представляют собой рекомендации для государств и для бизнеса, но юридически обязательными они не являются.

Взгляд в будущее

На протяжении вот уже более 75 лет ООН строила свою оперативную работу с опорой на три столпа: права человека, мир и безопасность, развитие. Теперь эти же группы тем служат основой для решения вопросов управления интернетом в Женеве, но только уже с поправкой на цифровые реалии: речь идет о цифровых правах человека, о цифровых безопасности и доверии, о цифровых технологиях развития. «Я думаю, что все эти сферы будут иметь огромное значение», — говорит М. Кенде.

Й. Курбалия согласен. «Мы наблюдаем процесс цифрового поворота во всех традиционных областях, в том числе в таких, как здравоохранение, гуманитарные вопросы или мировые торгово-экономические связи. Все эти процессы становятся цифровыми. По мере продолжения цифровой революции мы достигнем того момента, когда „управление интернетом“ станет в целом управлением как таковым».

И в этом смысле все большее значение будут приобретать связи между Женевой и Брюсселем, между двумя основными «центрами цифровой политики». Такие документы, как GDPR, уже сейчас влияют на характер ведения своего бизнеса интернет-компаниями, в том числе и за пределами европейских стран. В ответ на это, разумеется, крупные технологические компании активизировали свои лоббистские усилия в Брюсселе, то есть там, где работают европейские законодатели.

«Поэтому Брюссель становится сейчас центром формирования новой «жесткой цифровой нормативной политики», а Женева, где расположен целый ряд международных межправительственных структур и организации, становится центром формирования положений своего рода «мягкой цифровой политики», в рамках которой глобальные стандарты и международные нормы обсуждаются на многосторонней основе», — резюмирует Й. Курбалия. Напомним, что Швейцария остается в центре проблематики, связанной с интернет-безопасностью, в рамках и других контекстов. 

На саммите в Женеве президенты США и России обсуждали вопросы цифровой безопасности. Подробнее читайте ниже.

В Швейцарии сейчас находится под стражей Владислав Клюшин, высокопоставленный российский чиновник, которого США обвиняют в совершении цифровых преступлений. Читайте подробнее ниже.

Кроме того: правительство Швейцарии укрепляет защиту страны от кибератак и планирует создать Командный центр киберзащиты, службу в котором будут проходить 575 военнослужащих. В ближайшие годы они пройдут соответствующее переобучение. Читайте подробнее ниже.

В соответствии со стандартами JTI

В соответствии со стандартами JTI

Показать больше: Сертификат по нормам JTI для портала SWI swissinfo.ch

Комментарии к этой статье были отключены. Обзор текущих дебатов с нашими журналистами можно найти здесь. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!

Если вы хотите начать разговор на тему, поднятую в этой статье, или хотите сообщить о фактических ошибках, напишите нам по адресу russian@swissinfo.ch.

Поделиться этой историей

Изменить пароль

Вы действительно хотите удалить Ваш аккаунт?